Трое в наряде
![](https://tverezo.info/wp-content/uploads/2019/04/brest-150x150.jpg)
Трое в наряде тихо подмерзают. Великое прозрачное и ледяное ничто, ну то самое, за краем цивилизованного мира, тихо и беззвучно выдыхает после очередного дня.
– Чуєш…
– Шо?
– Та нічо. Нє тупі, мля, поміняй батарєйку в моторолі.
– А ти взяв?..
– Тю. Я думав – ти взяв.
– Йооопт…
Тут удивительно тихо. После города – здесь тугое безмолвие, размешиваемое дымом дешевых сигарет, плюханьем семечек и жужжанием включаемого раз-в-десять-минут тепляка.
– Шо там?
– Та ніхуя. Діма. Дімааа!
– А? – задумавшийся третий тяжело поворачивается.
– Шо ти там завтикав. Аккум брав?
– На теплік?
– На моторилу.
– Нє.
– Бля.
Их трое в наряде, и это необычно… но вот так повелось – втроем, а потом все как-то привыкли. Службу несут, не ебланят, на посту не вживают. Так и не скажешь, что мобилизованные. Чи мобилизированные. Чи какая разница?
– Вітя, ти новості слухав? – Комотделения сегодня явно тянет поговорить.
– Та да.
– Шо там?
– Та нічо хорошего. Я хєр його знає, такой фігньой страдають, вродє в странє войни нема.
– Ну.
– Завтра, кстаті, в мєхана днюха.
– Це з якой бехі?
– З другой.
– Най ротний везе в магаз чі на ринок.
– Сємак возьми и “блека” дві пляхі. Нє, три.
– Ага.
Молчание долгое, тягучее и почти сладкое, как отблеск звезд в слезящихся глазах. Непонятно – мир или бесконечно огромен в мириадах галактик и черных дыр, или неизмеримо мал, сжавшись до тех несчастных метров, которые можно различить в вечном сумраке.
– Дімааа…
– Та шо тєбє?
– Чуєш… Тєбє нє впадлу…
– Не зайобуй.
– Дім, я старший еспешкі, я і пріказать могу.
– Жене своїй приказуй. Не піду я за аккумом. Хай Вітя йде, – Дима поводит покатыми плечами и переступает толстыми ногами. Хоооолодно.
– Я не можу. У мене той… як його…
– Дєбілізм!
– … Ночноє зрєніє в мене хуйове. Та й пост кидать нєльзя. Бо впаде.
– Шо впаде?
– Все. Нахєр все впаде.
Трое продолжают стоять, бессмысленно и бессменно, вечно, поводя головами и лениво переругиваясь. Скучно тут – смотреть в глубокое “ничто”, держа на трех огромных спинах раздираемую, сотрясаемую, вечно недовольную, но такую любимую Землю.
И если она все-таки плоская, то непременно лежит на спинах трех обычных, скучных и совершенно, абсолютно надежных военных.