Слепые игры самоубийц

Гліб Бабіч
Глеб Бабич

Иногда, когда есть достаточно времени для «серфинга» по Фейсбуку, у меня возникает устойчивое ощущение, что очень многие уперто, последовательно и даже с наслаждением идут к самоуничтожению. Старательно подготавливая и подогревая себя и других.

Сладострастное мироощущение загнанных в угол. Орден обреченных. Свидетели последнего и решительного. Клуб “Хуже уже не будет”. Секта “Все будет еще хуже”. Et cetera.

Иногда это уныло и безысходно. Иногда весело, и не лишено лихости.
По большей части – с религиозной убежденностью.
И всегда – очень грамотно направляемо.



Это не только «состояние души» определенной (большой) части социума. Это то, что старательно культивируется каждый день.
Потому что уничтожить нас сложно. Проще поручить это нам самим.

Я не буду утомлять вас своим отношением, анализом и оценками. Просто почитайте то, что написано ниже.
Внизу приведены основные личностные факторы самоубийцы взятые из Википедии.
Этот список не идеален, но он достаточно прост. Я еще немного «разжевал» некоторые моменты.
Возможно, высококвалифицированные психологи меня поправят или дополнят.
Но суть приблизительно такой и останется.

Просто прочтите и соотнесите каждый пункт с тем, что вы видите каждый день. В обществе. И в Фейсбуке, как его несколько утрированном, но вполне соответствующем срезе.

Итак, личностные факторы, свойственные «усредненному» самоубийце:

  • психостения – это жизнь в мире опасностей и тревог.
    Все плохое, что может произойти – обязательно произойдет. Все хорошее обязательно закончится плохо, а плохое станет совсем ужасным. Чувство неполноценности гложет – «от нас ничего не зависит». Это все умножается на ранимость, тщательно скрываемую неуверенность и привычку к многократному «пережевыванию» стрессовых ситуаций.
    Тяга к анализу упирается в упрощенную картину мира, которую старательно строит психостеник.
    Предчувствия, боязнь будущего, неуверенность и неопределенность во всем;
    И все это часто скрывается под маской самоуверенности, категоричности, желанием поучать других.
  • повышенная напряжённость потребностей;
  • самооценка, неадекватная личностным возможностям (заниженная, неустойчивая или завышенная);
  • снижение устойчивости к эмоциональным нагрузкам;
  • неумение ослабить фрустрацию (стресс от несоответствия желаемого и возможностей) и низкая способность к формированию психологических защитных механизмов;
  • максимализм, бескомпромиссность, незрелость суждений;
  • отсутствие жизненного опыта и недостаточность механизмов планирования будущего;
  • импульсивность, эксплозивность (вспыльчивость), эмоциональная неустойчивость, повышенная внушаемость;
  • демонстративность;
  • наличие чувства вины (не так часто встречающийся в нашем случае пункт);
  • гипореактивный эмоциональный фон в период конфликтов (недостаточная способность к сопротивлению, замедленность “реагирования”), затруднение в перестройке ценностных ориентаций;
  • снижение или утрата ценности жизни;
  • инфантильные установки в межличностных отношениях.

Прочитали? Примерили?

Суть не в том, насколько я прав или нет. Влезая в психологические тонкости, можно спорить долго и до хрипоты.

Суть в том, что мы потихоньку, но с энтузиазмом, осваиваем нишу группового суицидального риска. Не поодиночке – все вместе.
И не хотим этого замечать. Слепые игры самоубийц.
И с этим надо что-то делать.

P.S. Для желающих рассматривать это как “послание зрадофилам”. Расстрою – нет. Беда отнюдь не в одном из симптомов.

 

На заставке – «Притча о слепых» (нидерл. De parabel der blinden), картина Питера Брейгеля Старшего

Share

WP Facebook Auto Publish Powered By : XYZScripts.com
Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial